Утро, гитара, блинчики, вся хуйня.

Пляж из фильма "Пляж", а Ася в жопе ковыряется. Наверное, про Ди-Каприо думает.

Then go gechaself some cheap sunglasses (c)

С тех пор, как я купила бритву, фен можно тупо выкинуть. Брить голову стало легче, чем мыть.

Внимание! У этого мальчика намек на сиськи.

Мелочи стали какими-то незначительными. И у меня нет проблем с эмоциями - i'm dead inside! (ц).

А вообще у меня насущный вопрос той паре человек, что иногда смотрит тут всякую срань. В своем азиатском трипе я почти не фотографировала. Мне имеет смысл выкладывать какие-нибудь ролики? Потому что я то их уже видела.

Пока я каталсо по Гонконгам и Тайландам, я нарциссично самоснимался, оправдывая это скучающей в Москве обезьяной, которой нужно о себе напомнить.

- Да как же ты меня заебал со своей долбанной во все окна архитектурой!  - бегал я вокруг П-ва и возмущенно орал на турецком побережье пару лет назад. Имел право - дома был пол, усыпанный канцелярскими кнопками, и ковёр, залитый ПВА, и тут застывший взгляд, немота и глухота. И "камуфки-камуфки, башенки, строить, вжик-вжик". Паходу архитектура - не призвание, а болезнь.

Малайзийцы - мусульмане. Это значит, что запрещено тыкать пальцем, ходить сильно раздетым по улице, и что даже бекон здесь делают из говядины. Надо признать, говяжий бекон - не самое вкусное, что может быть в жизни.А сосиски у них из курицы или индейки.

Лангкави - небольшой маленький малайзиский остров, недалеко от границы с Тайландом. Обычно его сравнивали с тайским Пхукетом - здесь так же мило и хорошо. Правда его побережье от цунами прикрыли другие острова, а главное - у них было несколько часов после того, как смысло Пхукет. Официант, который был здесь в тот момент, рассказывал нам, что волна была на берегу метра два с половиной, когда шла, а в номерах потом стола по пояс. Они два месяца восстанавливали и чистили отель. На побережье у нас стоял самодельный монументик - искареженный стул, с переломленным и перекрученным металлическим каркасом.

Все первые дни нам казалось, что кроме прибрежных отелей и единственного хоть сколько-нибудь-города, здесь вообще ничего нет и не происходит, кроме салюта непонятно в честь чего - китайский новый год только с 7го. Но однажды после темноты мы услышали отголоски какого-то большого пати, и, пройдя по берегу минут пятнадцать узрели внушительных размеров сцену, кучу народу, и очень крутой местный концерт. Нам вручили жизнерадосные светящиеся палочки и звали плясать вместе с долбанутыми местными туземные пляски.

День на третий нашего пребывания, я решил что спать до обеда - это не дело, встал в девять утра, дополз до пляжа и уснул до четырёх под открытым солнцем. Последующие два дня я бегал с воплями "Моя задница в огне!" и страдал.

По берегу бегают крабы, а один раз вынесло раздувшуюся дохлую рыбу фугу (фото прилагается). Честно говоря, они казались мне куда меньше. У всех кошек почему-то короткие хвосты с утолщением на конце - так и не узнал почему. В отеле их был целый выводок, и все привереды. Мясо в сладком соусе или сильно перченое, или сильно прожареное они били лапой и уходили.

Такого неприлично тёплого моря я не видел ни разу, для спасения от жары оно не подходило абсолютно. Вылезать имело смысл только когда ну совсем уже надоест.

Дабы дополнить ощущение рая, я практиковал винно-лобстерную диету в ресторанчике прямо на берегу, а благодаря питаемой маман страсти к спа, ещё и регулярно релаксировался до полной каши под умелыми руками таек. По вечерам я сидел на веранде, выходящей в сад и бассейн, и смотрел Лавлесс.

В городе Куа, столице острова, работает ночной рынок, где продают всякие местные тряпки и немыслимые фрукты и прочую жратву. Мама купила себе ткань для сари и платка, напялила в номере и радостно вышагивала. Ну как дитё малое, ну честное слово. У входа у нас висела табличка, гласящая "Durians not allowed". Дуриан - если кто не знает, чудестный райский плод, размером с огромный ананас, зеленый и покрыт шипами. Внутри он желтый, мягкий и очень вкусный, но при этом имеет одну особенность - уже за 5 метров разрезанный дуриан откровенно воняет говном. Хотел привезти в сувениры, но посчитал, что сумку и шмотки потом выбрасывать жалко.

Сейчас я пью пиво на 11м этаже отеля в Куала-Лумпуре. Окна наши выходят прямо на стоящие напротив Петронас-тауерс. Это те самые фаллические 88-этажные близнецы со стеклянным мостом между ними, которые до 2004 г., пока их не переплюнули в Тайване, были самыми высокими в мире. Они светят мне по ночам прямо в рожу. Но, впрочем о Сингпуре и Куала-Лумпуре я наверное с несколькими фоточками потом что-нибудь письну. Кстати, фотографий у меня нынче совсем мало - как-то я так зарелаксировался и прибалдел тут после нашей гадкой зимы, что совсем позабыл об обязоннастях. Более того, меня раскатало настолько, что мне было даже лень проявлять малейшую активность при всех возможностях - вроде осмотра красот с седла водного скутера, или знакомства с истинными джунглями. Меня даже ломало дойти 3 минуты с фотоаппаратом до озера у нас в отеле, покрытого огромными ярко розовыми лотосами. Ну и хрен с ним, зато отдохнул на славу.

Кстати, я не знаю, что ещё могло заставить в прошлую поездку в Волен гаишника спросить у  xBootchxа "А пацану сколько лет?", кроме как то, что мне ещё нет двенадцати, и мне ещё нельзя ездить на переднем сиденье. Ну или что таких маленьких мальчиков такие аморальные типы как Бутч явно не спроста в четыре утра по Дмитровке возят. Шалун.

Порывшись от нечего делать в дурацких, смазанных фотографиях с глупыми рожами и ужимками, я поняла, что страшно скучаю по этому августу просто потому, что было совсем беззаботно, весело и легко. Мы целыми днями гуляли, жрали бананы на улице, пили пиво в фак-кафе, катались, ездили в какие-то долбанутые походы, да и вообще было очень круто. Вот поэтому ужасно скучаю, особенно сейчас, когда холодно, ветрено, мерзко, безснежно, да и видимся мы раз в неделю-две. А ты?

Теперь днём мы смотримс картун нетворк, а ночью порнуху по шисят первому. Сидишь такой с четырьма пультами, размазав себя по дивану. Налево глянешь - почту проверишь, прямо глянешь - сиськи прыгают, направо глянешь - коту пузо почешешь. Хугарденом запьешь, дошираком и колбасой закусишь, и думаешь о жизни. Вон она мол какая, падла. Совсем учиться не даёт. Ты рвешься изо всез сил, а она, дрянь, ну никак не пускает. Едь, говорит, Ася, в Сочи завтра, на лыжах катайся. А ты ей "Нет! Нет! Я хороший, я хочу скрипеть зубами по граниту!". А она - "Подождет гранит, никуда не денется. А лыжи денутся. Вон, коньков не видать, так хоть лыжи. А как же самопознание в алкогольном забытие? А бестолковые посиделки с друзьями? Ты что, Ася, хочешь это всё бросить? Да как ж они без тебя, кофейни и магазины? А тут и Новый год на носу, займись чем поважнее всяких ИСАА и источниковедений в конце-то концов!" Вот такая она злая. А я что? Я создан по образу и подобию, а глина она такая - сопротивляемость материала, все дела. Вот и сопротивляюсь изо всех сил всему праведному, богоугодному и общественно-полезному. Для разнообразия. Точно.

О мальчике 

"Я не домогаюсь, я оптимизирую пространство". (Цэ) Орангутан-Зуко .